Пасхальные истории американского писателя Райана Брауна.  -  Крещатик

Иисус Иосифович шагал по Крещатику, щеголяя в итальянском пальто и блестящих кожаных ботинках. В своей новой одежде он не чувствовал себя увереннее или сильнее, но теплее — определенно было. Снег, скрипящий под ногами, больше не забивался между пальцами ног, а зимний ветер полностью задерживала шерсть пальто.

Катя была горда новым творением. Вместо бездомного бомжа, ее иностранный друг теперь выглядел как бизнесмен с Ближнего Востока. Если бы она могла сделать ему прическу и подстричь его заросшую бороду, он мог бы сойти и за обычного парня. По крайней мере, он уже не походил на исламского террориста.

Они прошли по Крещатику, восхищаясь прекрасными зданиями и огнями. Катя показывала на самые популярные и дорогие магазины и рестораны, пока Иисус Иосифович наблюдал за прохожими. Некоторые люди очень торопились и шли быстро, опустив головы, но большинство, казалось, просто бродили по центру без какой-то определенной цели. Женщины были в длинных меховых пальто и в шляпах разнообразных цветов и стилей. Они пересекали заледенелый тротуар на абсурдно высоких каблуках, в то время как мужчины были почти неразличимы в своих черных куртках и синих джинсах.

В конце улицы они увидели большую площадь, окруженную строгими зданиями и крупными яркими рекламными щитами. Два гигантских ангела смотрели друг на друга с разных концов площади, один размещался наверху древних ворот, а другой венчал монументальную колонну.
— Это — Площадь Незалежности, — провозгласила Катя. 
Иисус Иосифович был поражен.
— Это и есть то место, где произошла революция?
Катя закивала.
Иисус Иосифович глубоко вдохнул, пытаясь ощутить дух этого места.
Зазвонил Катин мобильный телефон. Мелодия, которую она выбрала как звонок, была очень громким примером украинской поп-музыки. Ушам Иисуса Иосифовича стало больно. 
— Подождите здесь, — сказала Катя, когда они приблизились к концу площади. — Я поймаю для нас такси, — она отошла и ответила на телефонный звонок.

Пока Катя ходила туда-сюда с телефоном в руке, Иисус Иосифович посмотрел вокруг и заметил плохо одетого мужчину. Он свернулся калачиком на ступеньках и прихлебывал из бутылки водку. Иисус Иосифович подошел и сел рядом с ним на ступеньках.
— Привет, — сказал он. — Я — Иисус Иосифович. Как тебя зовут?
Бездомный посмотрел на него потрясенный.
— Меня зовут Иван Андреевич, — ответил он автоматически.
Иисус Иосифович был вовсе не против пристального взгляда бездомного и, прислонившись к стене, отдыхая, чувствовал себя абсолютно свободным. 
— Это прекрасное место, — сказал он, восхищаясь площадью. — Ты был тут во время революции?
Бездомный мужчина засмеялся про себя.
— Конечно, я был. Люди приносили бесплатную еду и напитки. Это было лучше, чем Рождество, — мужчина сделал большой глоток из своей бутылки. 
— Ты живешь здесь, на этой площади? — спросил Иисус Иосифович.
— А что? Ты хочешь отправить мне письмо? — насмешливо спросил Иван. — Я живу везде, откуда милиция меня не гонит. Но мне тут нравится. Тут люди подают много денег.
— А что ты делаешь с деньгами? Покупаешь выпивку?
— Конечно, — резко ответил бомж. — А что я должен покупать? Кока-колу?
— Почему ты пьешь? — искренне поинтересовался Иисус Иосифович. — Разве водка помогает тебе чувствовать себя лучше?
— Она притупляет боль, — заявил Иван Андреевич. — Так что да, она помогает чувствовать себя хорошо.
— Какую боль?
— Какую боль? — с сарказмом переспросил бомж. — Жизнь. Знаешь, я просто пытаюсь дотянуть до завтра. Вот и все.
— А где твоя семья? — спросил Иисус Иосифович.
— Моя семья? — повторил Иван с болью в голосе. — Моя семья, — он вздохнул. — Их нет. Ушли, — сказал он печально. — Когда-то у меня была жена. Я служил в Советской армии и был горд этим. Я работал за троих и жил нормальной жизнью. У нас была маленькая квартира, там мы жили. Мы жили.
— Что же произошло? — спросил Иисус.
— Советский Союз развалился. Я потерял все свои деньги. Мне не платили целый год. Я уволился и нашел другую работу, но зарплаты не хватало даже на еду. Тогда я продал нашу квартиру и попробовал начать маленький бизнес, но мой партнер украл деньги и исчез. Потом взлетели цены на квартиры. Я просто не мог купить другую квартиру. Мы были вынуждены уехать из города. У меня началась депрессия. Алкоголиком я был всегда, я же был в армии, там все пьют, но тут я начал пить ночью один. Мне было стыдно. Потом от меня ушла жена. Сказала, что я не смог позаботиться о ней и нашем сыне. Сказала, что я — бесполезный пьяница. Бесполезный алкоголик! — Иван заплакал.

Иисус Иосифович обнял его. Они помолчали.
— Ты ей поверил? — спросил он.
Иван Андреевич посмотрел ему в глаза.
— Ты поверил в то, что она сказала?
— Посмотри на меня, — сказал Иван. — Я пытался работать и не смог. Сто раз я пытался бросить пить и каждый раз терпел неудачу. Что я могу? Для всех я нестоящий человек. Я бесполезный. Она была права. Я ненужный, — он повалился к стене как тряпичная кукла и сделал большой глоток водки, вытирая слезы.
— Можно мне немного? — спросил Иисус Иосифович, глядя на бутылку.
Бездомный перестал плакать и скептически посмотрел на него. Он прыснул от смеха. 
— Конечно. Пей сколько хочешь.
— Смотри, — сказал Иисус Иосифович, делая глоток. — Ты уже стал счастливее. Почему?
— Потому что ты заставил меня улыбнуться. Да ты — сумасшедший. Кто ты?
Иисус улыбнулся. 
— Видишь, как просто стать счастливее? Все, что тебе надо было сделать, это поделиться со мной. Когда отдаешь другим — всегда становишься счастливее. Человек, пьющий в одиночестве, — пьяница, но человек, который пьет с друзьями, не выпьет лишнего.
— Друзья? Ты думаешь, что у меня есть какие-то друзья? — воскликнул Иван. — Если моя собственная семья не выдержала моего вида, то какие же люди захотят стать моими друзьями?
— Я хочу, чтобы ты для меня кое-что сделал, — попросил Иисус Иосифович.
— Что? — бездомный глянул подозрительно.
Иисус Иосифович посмотрел ему в глаза. 
— Я хочу, чтобы тогда, когда каждый вечер ты будешь брать свою бутылку, ты находил еще одного бездомного и пил вместе с ним.
Иван поразмышлял над идеей. 
— Это я могу.
— И я хочу, чтобы ты говорил. Я хочу, чтобы ты говорил обо всем.
— Ладно, — согласился он.
— Обо всем, — подчеркнул Иисус Иосифович. — Не пытайся забыть о своих проблемах, говори о них. Не прячь их в темноте, где они растут и усиливаются. Выноси их на свет, где их видно и ясно, в чем они на самом деле. Говори о них, пока их власть над тобой не исчезнет.
— Если есть что-то, для чего водка полезна, так это разговоры, — пошутил Иван.
— Каждую неделю я хочу, чтобы ты находил еще одного человека, чтобы пить и говорить с ним, пока у тебя не сложится группа друзей, которые могут говорить и поддерживать друг друга. Хорошо?
— Хорошо, — пообещал Иван.
Иисус похлопал его по спине и встал. Он снял свое пальто и накинул его на плечи Ивана Андреевича. 
— Вот, — сказал Иисус Иосифович. — Ты замерз.
— Что ты делаешь? Я не могу это взять, — запротестовал Иван.
— Мой друг сказал, что эта куртка помогает чувствовать себя более уверенным и сильным. Я хочу, чтобы ты носил ее с гордостью и знал, что ты не одинок. Знал, что по-прежнему можешь делать хорошее, что ты не бесполезен. Каждый полезен для Бога.
Когда Иисус Иосифович снял куртку, Иван Андреевич заметил его робу. Вдруг он понял, кто перед ним. 
— Ты — это Он, — прошептал Иван. — Иисус Иосифович. Ты — Он!
Иисус улыбнулся, приложив палец к губам. 
— Тс-с, — сказал он. — Никому не говори.
Иисус Иосифович быстро отошел и заметил Катю, ожидавшую его у такси.
Увидев его в робе, она остолбенела.
— Где твое пальто? — в ее голосе звучала паника.
— Я отдал его тому бездомному, — сказал он спокойно, указывая на ступеньки.
— Что?! — воскликнула Катя.

(Продолжение следует)